- - - - - - - - - - - - - - - - - - -
2042 год. Прошло тридцать лет с момента устранения угрозы апокалипсиса. И всё, казалось бы, должно стать лучше. Но нет. Герои, прославившиеся в 2012 году, были изгнаны из столицы и давно живут в ином месте, по иным правилам. Они не такие, как те, кто их изгнал. Они имеют сверхъестественные способности и особое мировоззрение. Только что будет, если появится новая угроза?
- - - - - - - - - - - - - - - - - - -
Темнее чёрного внутри [ивент] ●
- - - - - - - - - - - - - - - - - - -
ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ:
Сюжет и хронологияРасы
СтороныГостевая книгаАкции
ЧаВоПутеводитель

МАСТЕРСКИЙ СОСТАВ:
FabiusCharlesZeno
- - - - - - - - - - - - - - - - - - -

SIDES

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » SIDES » Флэшбеки » [17/07/2029] Аттракцион невиданной щедрости


[17/07/2029] Аттракцион невиданной щедрости

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

АТТРАКЦИОН НЕВИДАННОЙ ЩЕДРОСТИ
17.07.2029 года, час дня, солнце, лето и легкий ветерок | небольшой парк в Ромонде
Charles Urquhart, Zeno Sigard

У Зено был редкий и дорогой меч. У Чарли — способность перемещаться во времени и профессия вора. Нетрудно догадаться, куда делась пропажа, которая чисто технически теперь никогда не принадлежала Зено.

0

2

    Лето спускается на Валорем, обволакивая город приятным теплом. Чарли бежит сквозь улицы, ловко теряясь в толпе. Не в пример своим привычкам, сейчас он одет совсем по-другому. Это его рабочая одежда: обычная, совсем ничем не примечательная. Скользнешь взглядом по толпе — не заметишь. Чарли раскидывает руки в стороны и позволяет ветру трепать волосы, как хочется. В его профессии — назовем это так — есть много неприятных вещей. Она опасна, противозаконна и аморальна, но порой — порой она просто прекрасна. Чарли перепрыгивает через брошенный кем-то посередине переулка черный пакет с мусором, резко сворачивает в открытые ворота сбоку, проскальзывает в узкий проход между домов и оказывается у одного из тайников.
    Тайник — не меняющаяся точка во времени и пространстве. У Чарли сотни таких в городе. Кто бы и подумать мог, что при всей свойственной большим городам переменчивости столько точек остается неизменными. Впрочем, иногда они используют другой сорт тайников: те, которые, наоборот, изменятся со временем, хорошо сокрыв спрятанное. Схема, разработанная отцом и бабушкой, работает отлично и сбоев не дает. У Чарли есть инструкция, и он даже ей следует. Сверток тяжело падает на землю, Чарли выдает что-то вроде «упс», а потом бережно закладывает свое приобретение в заготовленную нишу.
    Через пять лет тут зальют площадку под парк развлечений.
    Через двадцать один год Чарли придет сюда покататься на карусели.
    У Чарли сегодня хорошее настроение, несмотря на то, что Джеронимо был занят какими-то своими делами и потому отказался идти в парк. Чарли пожал плечами и положил трубку, напоследок велев другу завидовать. Как же! Чарли прокатится на карусели и покачается на качелях, и сделает еще массу приятных вещей в гордейшем одиночестве, пока друг будет горбатиться где-то в четырех стенах. Словом, Чарли строго-настрого велел себе не унывать и, в общем-то, только этим и занимается последние часа три.
    Он играет с какими-то совершенно незнакомыми ему детьми в фрисби, носится с чьими-то собаками, едва не попадает под велосипед, словом, развлекается как может. Забавнее всего, конечно, то, что не далее как — хм, вот тут сложно — вчера? Боги, время такая сложная штука. Ладно, допустим, не далее как вчера он был здесь еще в тот момент, когда благостная мысль открыть парк развлечений даже и близко не посещала мысли градоначальников. «Парк развлечений? В Ромонде? Фу, как небрутально», — как-то так Чарли представляет себе процесс обсуждения парка. Представляет и смеется. Одному Бальбруду ведомо, почему его все-таки построили.
    После пятьдесят шестого круга на карусели Чарли все-таки слезает и идет за сахарной ватой. Во-первых, она сладкая. Во-вторых, она розовая. В-третьих, ее чудовищно много, и это очень здорово. Это заставляет губы Чарли растягиваться в самой широченной улыбке, какая только возможна. Вчера он носился по переулкам и делал грязное дело во благо семьи, а сегодня — сегодня это его право сделать что-то приятное для себя. Например, съесть столько сахарной ваты, сколько ни один адекватный человек не должен потреблять за раз. Если он, конечно, не хочет, чтобы слиплось.
    Но Чарли точно знает — не слипнется.
    Он устраивается в тенечке на травке. Ветер слегка колышет листья, и теневой узор листьев бегает вверх-вниз по вытянутым ногам Чарли. Он сам лежит, смотря куда-то наверх и сквозь листву, на небо. Небо высоко, но Чарли кажется, что до него можно дотронуться рукой, если захотеть. И даже без всякой техники. Просто взять — и дотянуться. Чарли улыбается, отрывает очередной кусочек сахарной ваты и кладет себе в рот. Вата растворяется на языке, становится сладко и хорошо.
    Можно даже забыть, где именно здесь спрятан редкий могущественный артефакт. Меч, украденный двадцать один год назад. У Уркхартов все схвачено. Чарли знает, как и через сколько его будут доставать — не то чтобы ему об этом сообщили, он сам узнал. Чарли любит быть в курсе. Это полезно. Делает его более защищенным. Хотя, наверное, тут вопрос не в чувстве защищенности, а в жутчайших приступах любопытства. Чего Чарли не знает, так это того, чем этот меч так примечателен. И ради кого он был выкован. Но, впрочем, всему свое время, не так ли?
    Чарли отправляет в рот еще один кусочек ваты.
[icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][status]too young to care[/status][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

+1

3

Кто бы мог подумать, что правитель Ромонда страдает бессонницей? Зено был не из тех, кто прибегал к помощи трав или зелий, чтобы избавиться от той или иной болезни. Чаще всего он обращался за помощью к жрецам храма Бальбруда, но еще чаще он справлялся самостоятельно. Бессонница была одним из тех недугов, который Темному пока не удавалось искоренить. И именно благодаря бессоннице и тому, каким Зено просыпается поутру, никому кроме Агнет или Бронна не разрешалось посещать правителя. Не потому что он выглядел заспанным или страшным, а потому что вполне был способен на убийство.
В это утро, которое началось для Зено часа в четыре утра, когда рассветные лучи солнца коснулись его кровати в башне, Агнет была особенно разговорчивой и уже через час после того, как правителю Ромонда удалось задремать, разбудила его своим очередным пророчеством. Сигард был не просто недоволен, но зол. А потом и вовсе взбесился, когда глупая Агнет рассказала о том, что она видела в своих прекрасных пророчествах.
И она, к ужасу Зено, оказалась права. К счастью, единственным Чарли, который был способен увести у Сигарда его меч, был мальчишка Уркхарт.
— Чертов пацан! — Взревел правитель Ромонда, одеваясь и попутно раздавая приказы своим лучшим лазутчикам: — Тому, кто найдет его и доложит мне о его местонахождении, я дарую пять тысяч золотых Эйре!
И молча кивнув, люди-тени разлетелись по городу, как кленовые листья по осени. Бронн предлагал свою помощь, присягнул своим мечом снова, предложил снести мальчишке голову, но Зено, поостыв, рассудил, что для начала должен вернуть свой меч. Свой драгоценный меч, который шагал следом за своим непобежденным владельцем многие годы. А теперь, выходило, Зено фактически и не владел оружием никогда. Непорядок.
Меньше чем через час Сигард узнал точное местоположение Чарли, чем он занят и даже позу, в которой находится. Не теряя ни секунды более, уже полностью спокойный лидер Темных двинулся на место встречи, прихватив с собой значительную сумму, которой, как ему казалось, должно было хватить, чтобы выкупить украденный у Зено меч.
Однако одной мысли о сложившейся ситуации правителю Ромонда хватало, чтобы его брови взлетали на лоб и начинали в раздражении дергаться. Время от времени приходилось прикрыть глаза и сосредоточиться на деле, а еще, на мыслях, что стоит впоследствии защитить оружие от постороннего вмешательства и привязать его к себе с помощью ведьмы, чтобы никаких воров не прельщало столь драгоценное имущество.
Зено не сразу нашел Чарли, но как только завидел его, остановился и глубоко вздохнул, пытаясь доказать себе важность своих намерений и оправдывая то милосердие, с которым он сейчас появится перед вором. Вором личных вещей Зено. Личного меча, что был выкован для Бальбруда когда-то, а теперь передавался из поколения в поколение по линии правителей Тьмы.
Бесшумно ступая по мягкой траве, Сигард навис над лежащим и безмятежным лицом Уркхарта, смакуя момент, который предшествует его в будущем шокированному лицу. В Ромонде мало кто стремится столкнуться с Зено лицом к лицу, или же на близком расстоянии. По обыкновению, это не сулит ничего хорошего, а вот Чарли повезло. Он особенный.
— Кхм, — негромко кашлянул Сигард, растягиваясь в своей любимой, лениво-хитрой улыбке. — Так значит, это ты завладел моим оружием? Смело и… глупо.
Лицо Сигарда мгновенно ожесточилось. Одна маска сменила другую, ухмылка исчезла с его лица не оставив и следа, даже маленькой искорки во взгляде. Хитрость сменилась расчетливостью и злостью на наглость, совершенную в отношении правителя. Захотелось козырнуть своим статусом, но Зено с трудом удержался, взвешивая варианты своих действий. Нельзя было упускать его. И вместе с тем, простыми угрозами ничего не добьешься. Это Сигард знал.
— Ты, вероятно, знаешь, кто я такой. Мы встречались, когда ты был…ребенком? Или чем-то между ребенком и глупым мальчишкой. — Рассудил Зено, разговаривая скорее с самим собой, чем с Чарли. — Ты знаешь, что воровать у меня, это все равно, что положить свою голову под гильотину?
Зено наконец выбрал. Теперь он снова хитрил, словно лис. Улыбался, пытаясь разобрать, что из себя представляет нынешний Чарли Уркхарт. Это уже не был тот мальчишка из прошлого, который с трудом мог определить где «хорошо», а где «плохо» - под давлением родителей этот уникальный вор был способен если не на все, то на многое. Теперь он изменился, Сигард это чувствовал.
— Я приказал принести мне твою голову. Тот, кто сделает это, получит пять тысяч Эйри. — Соврал правитель Ромонда, поправляя кожаные перчатки на руках. — Но, как мне думается, мы договоримся о цене моего оружия?

+1

4

    Чарли делает вид, что не замечает всех этих соглядатаев. Не то чтобы он вправду их замечает, впрочем, скорее шестое чувство подсказывает ему, что сегодня необычный день, и мучит такой характерный зуд, который появляется, когда кто-то на тебя долго смотрит. Однако Чарли решает, что хорошее времяпровождение важнее. В конце концов, он не первый год в своей профессии, это его дело с самого детства, и он знает, как исчезнуть, если потребуется. Увлеченный мыслями о небе, самолетах и воздушных змеях, Чарли беспечно пропускает момент, когда рядом появляется он.
    Зено Сигард.
    Выражение лица Чарли сменяется с безмятежного на удивленное, а затем на озадаченное. Последний раз, когда Чарли видел сэра Сигарда, был в далеком его, Чарли, детстве, и не то чтобы ему эта встреча понравилась. Сейчас же он просто не может понять, чем вызвал подобное внимание к собственной персоне. Хотя это объясняет соглядатаев. И да, завладел оружием? Каким таким оружием? Чарли задумчиво отрывает еще кусочек сахарной ваты и как ни в чем не бывало отправляет его себе в рот.
    Пока сэр Сигард разговаривает не то с ним, не то с самим собой, Чарли садится на траве и чуть отодвигается в сторону. Он никак не может определиться, какая эмоция захлестывает его больше: страх или щекотливое чувство авантюризма, которое властвовало над ним всю жизнь. Как же! Сам лидер Темных собственной персоной! Да еще и разговаривает вместо того, чтобы размахивать мечом и рубить головы с плеч! Чарли хлопнул бы в ладоши от удовольствия и радости, но, во-первых, у него в руках сахарная вата, во-вторых, меч. Ах да. Меч.
    Чарли поднимает сияющие искренним весельем глаза на Зено.
    — Может, присядете? Вы какой-то напряженный, — игнорируя фразу про гильотину, говорит Чарли и хлопает ладонью по траве рядом с собой. Честно говоря, ему жутко страшно, но это не первый и далеко не последний переплет, в какой он попадал и еще попадет. — А тут трава, тенечек. Могу сахарной ватой поделиться. Вы любите сахарную ва...
    Чарли продолжил бы говорить и дальше, как всегда это делает, но сэр Сигард, кажется, не заинтересован в сахарной вате. Он заинтересован в его, Чарли, голове и своем оружии. Ох, ладно. Придется замолчать и даже не перебивать. Чарли даже поднимается с земли и отряхивает штаны, поправляет подтяжки и продолжает невозмутимо есть сахарную вату. А чего ему бояться? Сэр Сигард, верно, не дурак. Да и не приходил бы он говорить, если бы хотел увидеть голову Чарли в своей коллекции голов, если у него такая есть.
    — А у вас есть коллекция голов? — спрашивает Чарли, а потом мотает головой и, доев сахарную вату, сует палочку из-под нее себе в карман штанов и хлопает в ладоши: — Ладно, это неважно. Если бы вам хотелось видеть мою голову так сильно, как вы утверждаете, она уже была бы у вас. Если бы ваши наемники смогли поймать меня, а я полагаю, вы знаете, что я умею, — Чарли улыбается обаятельно, и ничто в его выражении лица не выдает того, как холодеют его внутренности от одной лишь мысли о том, как нелегко ему придется, если сэр Сигард не шутит. Чарли не уверен, умеет ли сэр Сигард шутить, но, должно быть, умеет. Должно быть. — Да и кроме того, сэр Сигард, вы же неглупы. Принесут вам мою голову, и как вы из нее выудите знания о том, где сейчас меч? Знаю-то только я.
    Чарли разводит руками, а потом кружится на месте:
    — Он может быть где угодно, и вся королевская конница, и вся королевская рать не сможет меч королевский достать. А если и достанет, кто знает, может, это будет уже только ржавчина да труха. Я мог быть опрометчив и закинуть его в канализацию, — Чарли складывает ладони вместе и смотрит на сэра Сигарда. Улыбка на его лице теплая, а глаза — холодные, блестящие хитростью. Уркхартовское воспитание. Бабушкина рука. И голову ни перед кем не склонять — тоже бабушкино воспитание. — Я очень неловкий, когда дело касается оружия. Поэтому это было не глупо. Не глупее, чем если бы вы назначили награду за мою голову — чем, кстати, вы ее мотивировали? Вряд ли я значусь в государственном розыске, даже подпольном, за кражу оружия самого Зено Сигарда. Это только сделает мое доброе имя еще добрее. Бабушка с дедушками скажут вам спасибо. Да и отец.
    Чарли качается с пятки на носок и обратно, оглядывается по сторонам. Не пришел бы к нему сэр Сигард один. Ох, наговорит он сейчас на свою голову. Потом его ни отец, ни бабушка, ни дедушки не выпутают. Сами боги его не выпутают, если не разыграть эту встречу правильно. Чарли вздыхает, на мгновение опустив взгляд. Где наша ни пропадала, да? Он же прекрасно знает, как это делается. Такие люди, как сэр Сигард, не уважают слабаков. И то, что его голова все еще на его плечах, показатель благосклонности. Или благоразумия. Что-то из этого определенно должно сыграть ему на руку. Чарли возвращается взглядом к лицу сэра Сигарда, смотрит ему прямо в глаза.
    — Вы что-то упоминали о цене?
[icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][status]too young to care[/status][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

+1

5

Зено слушает внимательно, вдумываясь и пытаясь понять, какие цели преследует мальчишка. Примерно на середине его объяснений и пустых слов, Сигарду перестает нравиться их разговор. На том моменте, где глупый мальчишка Чарли позволяет себе пригрозить утерей меча безвозвратно – Зено чувствует закипающий в его душе гнев. Как он клокочет, бурлит, словно магма в проснувшемся вулкане и заполняет огнем душу Темного. Прикрывает на секунду глаза, чтобы насладиться этим чувством и мимолетная улыбка, полная жестокости, такой родной и почти постоянной, появляется на губах Сигарда прежде, чем он успевает ее себе позволить.
Остальные речи Уркхарта выслушать становится гораздо проще. Зено позволил себе взорваться, позволил своему гневу охватить его полностью. Но, как человек давно живущий в соседских отношениях со своими самыми темными качествами, он не теряет над собой контроль, а лишь наслаждается этой пляской. Пляской на острие ножа, которое Чарли явно не чувствует. А стоило бы…
Мало-помалу, смех начинает обуревать Зено и вначале правитель Ромонда только дергает плечами, бесшумно смеясь. Затем с наслаждением и громко хохочет, квалифицируя для себя весь этот разговор, как большую и очень забавную игру. Только для Чарли она значит чуточку больше, но сможет ли он это понять? Для Сигарда не столь важно, какую цену запросит малец, ведь скорее ему стоит не прогадать. Выкупает Уркхарт не только спокойствие и способность ретироваться, но и свою жизнь. Зено так великодушен сегодня, что позволяет ему и это.
Успокоившись, он смотрит Чарли прямо в глаза и прижимает указательный палец к губам. На пальце красуется серебряный перстень хранителя Тьмы, пересеченный с короной символ пламени. Адского, черного, всепоглощающего пламени. Сейчас это пламя в глазах Сигарда и он не может успокоиться. Вот до чего ему это забавно.
— Ты никогда не был дураком, Чарли, — замечает Зено, не стараясь скрыть ленивое наслаждение, так и звучащее в его голосе. — Ты был глупцом, но и глупцы достойны жизни, если они умеют поступать так, как должно, чтобы выжить. Ты поступаешь так, как должно, чтобы выжить, Чарли?
Вопрос с подвохом. Снова игра – Зено не может отпустить прыгуна по времени просто так, пока не сыграет с ним в игру. Словесная их дуэль может привести даже к тому, что Зено принудит мальчишку Уркхарта работать на него. На него самого, выполнять для него приказы, прыгая по времени, может, убивая. Все это так забавно, что Сигард вновь наслаждается происходящим довольно явно:
— Гонишься за длинным Эйре, мальчик? — Правитель Ромонда чуть наклоняет набок голову, оценивая своего собеседника и противника в этой дуэли. — Скажи, кто попросил тебя украсть этот меч? Твой отец? Твоя мать? Твоя бабушка? Твой дедушка? Твой дядя? Твои сестры или братья-бастарды, не имеющие средств на существование? Кто из них осмелился возжелать то, что по праву рождения принадлежит мне?
Немного подумав, Зено решает поговорить еще и о коллекции голов, о которой предположил Чарли. Такой, конечно же, нет. Но кто сказал, что Сигард не имеет собственных казематов, в которых держит неугодных? Уркхарта невозможно удержать, по крайней мере, ни одна из ныне построенных в Каэлуме тюрем не способна удержать его, если он сам того не захочет. Однако Зено придумал бы нечто, которое смогло бы удержать прыгуна по линиям времени. Это сложно, но невозможно только то, что себе запретил сам человек.
— Коллекция голов? Как ты знаешь, Чарли, мой верный друг – Бронн, проводит казни на площади, после чего отсеченные головы отдельно от тела сбрасывают в сточную яму, на радость помойным крысам. Ты хочешь увидеть эту яму?
Небольшая пауза, во время которой Сигард прикидывает, какие слова он произнесет дальше и как на уже сказанное отреагирует мальчишка, забравший его меч. Меч. Вот, что сейчас важно. Думая о нем, Зено почти забывает о том, что договорился с самим собой лишь играть с Уркхартом, склоняя его на свою сторону. Попытка купить его – тоже была бы неплоха, но правитель Ромонда внезапно осознает, что не горит желанием тратить свое время на таких, как Чарли.
— Должен признать, ты очень меня заинтересовал. Я бы с радостью лицезрел тебя в полку моих соратников, но ты заблудился. — Спокойно рассуждает Сигард, не шелохнувшись более и только впившись взглядом в глаза Уркхарта. — Но, судя по всему, я должен вначале получить рычаг, с помощью которого буду на тебя воздействовать, верно? Что, на счет Ривер? Как считаешь, она станет достаточно хорошим рычагом? Или может, твой друг? Я знаю о тебе все, Чарльз Уркхарт, так что не пытайся провернуть со мной одну из ваших воровских штучек.
Цена, которую только что назначил Сигард, была намного больше, чем пять тысяч золотых Эйре. Стоит Чарли оступиться, и Зено понесется вперед по рельсам угроз, не реагируя на тормозные рычаги, которые будут встречаться на пути. Но самым примечательным было даже не то, с каким ядом, которым было пропитано каждое слово правителя Ромонда, он говорил, а то, как улыбка все шире и шире растягивалась на его губах, пока не остановилась, и сам Сигард не стал напоминать себя самого в тронном зале. Того, кто без всякого сострадания решает – жить или умереть, дышать или оборвать вздох. Того, кто не ценит человеческие жизни, того, кто всегда добивается своего.
Это был его меч.
Зено всегда берет то, что принадлежит ему.

+1

6

    Есть один лишь в мире звук, который не хочется слышать ни при каких обстоятельствах, и звук этот — смех сэра Сигарда. Не потому что он неприятен, а потому что от него мурашки по коже. Однако Чарли не теряет присутствия духа, потому что он воспитан и вымуштрован лучше, чем многие придворные, советники и боги еще знают кто в окружении сэра Сигарда. А еще потому что Чарли уже побывал в таком количестве опасных для жизни ситуаций, что такие штучки его уже не пугают так, как прежде. Его уже три года вообще мало что пугает.
    Чарли терпеливо ждет, пока сэр Сигард отсмеется, и качается с носка на пятку и обратно, заложив руки за спину. Он скользит взглядом по гуляющим по парку людям, по детям на качелях и каруселях, и по нему отчетливо видно, что ему всего семнадцать. А в душе так и вообще лет семь. И ему, например, хочется на качели, а не трепаться с сэром Сигардом, который пристал к нему со своим мечом. Нечего оставлять вещи без присмотра!
    Услышав вопрос, Чарли возвращается взглядом к лицу сэра Сигарда.
    — Если я был глупцом, значит, я уже не глупец, — бросает он. — Это хорошо.
    Сэр Сигард пугает его и манерой вести разговор, не присущей обычным людям его возраста, и манерой держаться, но Чарли встречался с людьми и похуже. Взять ту же бабушку. Чарли улыбается уголками губ и заставляет себя продолжать раскачиваться на месте, а не нестись прочь. Прочь — да хоть к тем же качелям. О нет. Он тоже уже давно выучил, как стоит держаться. Ему семнадцать, а самообладания на все двадцать семь. Страшно подумать, что будет через несколько лет.
    В ответ на вопрос о том, кто приказал ему забрать меч, Чарли, прекратив раскачиваться, наклоняется ближе к сэру Сигарду. Словно бы хочет шепнуть что-то, какой-то секрет. Но вместо этого на его лице показывается нехорошая дьявольская усмешка, усмешка, из которой становится понятно, чья кровь течет в его жилах, и что сколько бы он ни скрывал ее за всей этой клоунадой, она есть, и она даст знать о себе, когда надо. Чарли подмигивает сэру Сигарду и отклоняется обратно, оставляя вопрос без ответа. Хотите знать, сэр Сигард? Узнавайте сами. У вас же есть ресурсы. Вот и вперед.
    — Туда водят экскурсии? — невинным голосом спрашивает Чарли в ответ на вопрос о яме. — А сувенирная лавка есть? Бабушке не помешало бы новое украшение на стену. Кого там казнили пару недель назад? Красавчик. Ей понравится.
    Это жесткая и жестокая шутка, Джеронимо бы не одобрил, но клин клином вышибают. Чарли сомневается, что сэра Сигарда можно пронять простыми шутками. Честно говоря, он сомневается, что сэра Сигарда вообще можно пронять хоть чем-то, кроме пули сорок пятого калибра в упор, да и то с натяжкой. Да и не сторонник он силовых методов. Это так, праздные мысли. Чарли надеется, что сэр Сигард не телепат. И что в его окружении нет телепата прямо сейчас. Потому что если его мысли транслируются прямиком в голову собеседника, то... ну, собеседника ожидает сюрприз.
    Чарли вскидывает брови. Заблудился? О нет, спасибо, больше не нужно лекций о наставлении на путь истинный. Его прокляла собственная мать, и никого из семьи это даже особо не тронуло. А если и тронуло, ему никто не сказал. Так что «заблудился» — это не про него. «Неудачно родился» — вот это да. Но Чарли держит язык за зубами и внимательно слушает. Тем более, что то, о чем говорит сэр Сигард, имеет великое значение. Первое имя не вызывает у Чарли ничего, кроме озадаченного движения бровями, а вот второе заставляет его перестать раскачиваться с носка на пятку. Джеронимо. Ах, ну это объяснит, конечно, почему он отказался пойти в парк. Естественно, сложно пойти в парк, если тебя держат в заложниках. Чарли светлеет лицом от этой мысли.
    А потом темнеет. И прямо смотрит на собеседника.
    — Я могу поприсутствовать при твоем рождении, Зено Сигард, и не думай, — голос Чарли меняется, становится жестким, лишенным хитрых и веселых ноток, — что твоя угроза способна меня испугать. Хочешь прийти к моему другу сегодня или завтра? Приходи. Я приду к нему вчера или две недели назад, — Чарли вытягивает руку вперед, так что рукав рубашки сползает с механических наручных часов — других он не признает — и стучит пальцем по циферблату. — Время, Зено. То, что известно тебе и твоим людям, всего лишь одна версия моей истории. Я забрал твой меч, и кто теперь совершил все те вещи, что делал им ты? Ты сам — другим оружием — или вовсе другие люди. История — вода. А я тот, кто следит за кувшинами.
    Три последних года не прошли даром для Чарли. Он и раньше не был лишен самолюбия, но теперь в нем поселилось чувство собственного превосходства. Не такое, как у сэра Сигарда, не превосходства по праву рождения, но темного, опасного превосходства. Чарли еще слабо представляет, на какие удивительные вещи способен, но чувствует, что в его руках сосредотачивается определенная власть. Сэр Сигард может пугать его сколько угодно, но никто не смеет угрожать его друзьям. Ни Сигард, ни сам Бальбруд.
    Чарли закрывает часы рукавом рубашки и чуть отступает. Успокаивается. Берет эмоции под контроль. Да, его другу угрожают, но этот самый друг бы и одернул его, случись ему присутствовать при таком поведении. Его проклятье — не для войны, оно для исследования, для чудес, для саморазвития. Не стоит об этом забывать. Чарли выдыхает, прикрыв глаза, и его лицо разглаживается.
    — Поэтому если вы ищете рычаг, сэр Сигард, вы промахнулись, — Чарли вновь смотрит на собеседника, на этот раз спокойно. — Шантаж не вернет вам меч. Убийства — ну, честно, тоже вряд ли. Я не заблудился, я пытаюсь идти другой дорогой. Думайте дальше.
[icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][status]too young to care[/status][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

+1

7

Зено молча, слушает все, что говорит ему Чарли и думает. Думает он о том, что было бы неплохо сейчас занести свой прекрасный меч прямо над головой глупого мальчишки и разрубить ее пополам, как арбуз. Но нет, не стоит быть таким горячным и не предусмотрительным. Последствия – единственное, что сейчас важно. И единственное, что сдерживает правителя Ромонда от поступков, которые навсегда могут изменить чью-то жизнь. Например, оборвав ее.
— Нет, Чарли, я говорил, что ты был глупцом, но я не говорил, что ты перестал им быть. Разве что, стал более отчаянным. — Издевательская усмешка на лице Сигарда кого угодно заставила бы ненавидеть его всем сердцем, но у простых смертных нет на это права хотя бы потому, что все, что есть в этом городе, Ромонде, зависит от Зено. И никто не вправе диктовать своим условия тому, кто управляет этим хаосом.
Чарли говорил про экскурсии. Туда, где гниют казненные королевской полицией люди. Точнее, конечно же, они там не гниют, иначе город смердел бы гнилью и полнился крысами и опарышами, как мертвая птица. Мертвая птица колоссальных размеров. В ответ на все это, правитель Ромонда лишь усмехается и размышляет над тем, как бы вернуть свой меч.
Зено складывает руки за спиной и делает несколько кругов вокруг Чарли, раздумывая над тем, как же усмирить это неукротимое желание и жажду снести башку этому глупому мальчишке. К третьему кругу вокруг Уркхарта, Сигард понимает, что уже не питает такой ярости и отвращения, да и убивать ему пока нечем. А соглядатаи и вовсе слились сразу же, после того, как увидели своего правителя приближающегося к вору королевского оружия.
Останавливается Зено прямо напротив Чарли и смотрит ему в глаза, ничего не говоря. Чарли пытается пригрозить ему, но и на это у Сигарда есть свой ответ:
— Да, ты можешь, но ты умрешь там сразу же. Человек, звавшийся моим отцом, делал все, чтобы его сына и жену охраняли лучше, чем его самого. Даже, если ты отправишься во времена раньше, то никогда не сможешь причинить мне вреда, это уж поверь. Мой  отец был провидцем, увидел бы и то, как ты появляешься, где именно и как. — Ухмылка на лице Зено настолько самоуверенная, что он не ощущает давления на свою психику. — Не стоит пытаться угрожать мне, Чарли, ведь темным лучше быть получается у меня, а не у тебя.
Две тысячи двадцать девятый год. Год, когда Зено только начал править, и зарабатывать себе репутацию настоящего чудовища в кожаном плаще. Он походил на пирата, но никак не на правителя Ромонда, точнее, на пирата, которые ранее были известны истории. О которых было написано так много красивых книг, снято фильмов.
В ответ на следующую фразу Чарли, Зено лишь пространственно усмехается и пожимает плечами. Ему забавно играть в перетягивание каната с несмышленым мальчишкой, который явно новичок в игре запугивания. А вот Зено слишком хорошо знает, что нужно держать всех железной хваткой за горло, чтобы в случае чего, хребет сломать. А не сопли по тарелке размазывать, чертя пальцем замысловатую лабуду вроде «любви» и «голубей».
— Запомни мальчишка, — Зено опасно сверкает глазами, но подавляет желание схватить Чарли за воротник и хорошенько встряхнуть. — Я могу разбить кувшины, а разбитый кувшин не склеить. И да, что, если не убивать тебя или твоих друзей? А сломать их, как деревянных марионеток, которые не имеют больше для меня никакого значения? Что ты будешь чувствовать, если та, которая тебе предназначена, никогда тебе не встретится? Пойдешь по воровской дорожке, должно быть, да? И сломаешься, как сотни и тысячи «хороших» до тебя. Ты не уникален, твое проклятье – возможно, именно поэтому я все еще не пытаюсь стереть тебя в порошок, я предлагаю выгодное сотрудничество. А ты… Что делаешь ты? Ты крадешь мой меч!
Тем не менее, Зено видит, как меняется в лице Чарли и видит, что он находился на грани. А затем видит, что спокойствие снова завладевает парнишкой. Улыбается. Как обычно, холодно, жестко, ничего не выражающей улыбкой. Затем достает из внутреннего кармана черный кожаный кисет и потряся им, демонстрирует, что деньги принес.
— Пять тысяч Эйре, в обмен на мой меч. — Говорот правитель Ромонда сухо и почти без эмоций.

+1

8

    Чарли пропускает мимо ушей и слова, и издевательскую усмешку сэра Сигарда. Сэр Сигард пугает его, угрожает, Чарли — всего лишь играет в слова, во времена глаголов, в тонкости языка, и его совсем не трогает, что там думает о нем правитель Ромонда. Чарли — беспечный мальчишка, упрямый, самонадеянный, а еще он знает, что матушка все продумала. Проклятье спасет его от чего угодно, и хотя его тоже можно убить и загнать в угол, это потребует слишком больших усилий. Тратить столько ресурсов ради меча, даже такого особенного? Увольте. Чарли не верит, что сэр Сигард настолько мелочен. Может, потому у него и не бежит холодка по спине от угроз.
    Сэр Сигард говорит «умрешь там сразу же», и Чарли неопределенно качает головой. Можно подумать, что соглашается: да, умру. На деле — усмехается про себя. Нет, не умрет. И нет, он не угрожал. Угрозы — дело других членов его семьи. Чарли никогда не угрожает, он или делает, или не делает. И если бы он мог перенестись прямо сейчас, он бы с удовольствием это сделал, даже если бы это потом стоило ему головы — не в прямом смысле, а в воспитательном. Бабушке бы не понравилось, какие игры он тут затеял. С другой стороны, большой вопрос, какие игры затеяла сама бабушка.
    — Когда постоянно живешь среди угроз, начинает казаться, что все вам угрожают, а, сэр Сигард? — задумчиво произносит Чарли. — И во всем чуется подвох. Досадно, с вами даже не поговоришь.
    Последнее Чарли уже говорит себе под нос. Это риторические слова, они не требуют ответа и, вполне вероятно, присутствия собеседника тоже. Сэр Сигард продолжает наседать, давить, пугать, и Чарли бы поддался, испугался, прогнулся, но только отчетливое осознание того, что даже королевские соглядатаи донесли до нужных ушей не всю информацию, заставляет его чувствовать себя спокойно. Сэр Сигард напрямую грозит ему смертью, Чарли удерживает порыв пожать плечами, будто ему все равно. Словно будь у него с собой оружие, он бы протянул его сэру Сигарду и предложил закончить балаган. Моргнул бы — да перенесся невесть куда, в какой год и век. Выдал бы секрет. Поэтому Чарли не без труда выдерживает взгляд сэра Сигарда, но не потому что боится. Потому что надо сделать вид, что угроза смерти пугает его до дрожи, а он пытается этой дрожи не поддаваться. Чарли чуть отступает и позволяет ошеломленному вздоху слететь с губ.
    Чарли, в общем-то, хороший актер.
    Потом он позволяет спокойствию вернуться обратно. Разговор уже порядком его утомляет. Неужели сэр Сигард не понимает, что угрозами ничего не добиться? Конечно, даже если ему каким-то чудесным, невообразимым способом удастся убить Чарли, Уркхарты против него не пойдут, они не дураки. Но угрожать — занятие достаточно бессмысленное. Особенно людям вроде самого Чарли, у кого здравого смысла едва ли наберется на чайную ложку, а самоуверенности и опасного любопытства в силу возраста и других причин хоть отбавляй. Чарли смотрит на кисет в руках сэра Сигарда, чуть улыбается. Пять тысяч эйре — много. Очень много. Но — недостаточно. Особенно когда можно получить что-нибудь поинтереснее.
    — Лично меня не интересуют деньги, — беззаботно замечает Чарли, переведя взгляд с кисета на сэра Сигарда. По его выражению лица сложно понять, о чем он думает. — И чисто технически меч не в моем владении сейчас. Да и сделки провожу не я, я всего лишь воришка, сэр Сигард, — он разводит руками, мол, какая досада. — Но! Я знаю, где он, — подмигивает заговорщицки. — Могу даже рассказать вам, но не за деньги. Хотя, конечно, если вам некуда их девать, можете оставить мне, я придумаю им хорошее применение.
    Чарли вновь раскачивается с носка на пятку. Его это умиротворяет.
    — В обмен вы позволите мне беспрепятственно бывать в вашем дворце, в любой комнате и кладовке, в любой момент времени, и никто меня не тронет, никакой ваш слуга или охранник, ни слуги и охранники ваших друзей и подчиненных, или даже подданных, ни вы сами — никто. Я не буду ничего выносить или приносить, не буду ничего разрушать и даже трогать, не буду подслушивать или рассказывать кому-либо, что увидел, а если нарушу слово — отрежьте мне, что вам больше по вкусу. Руку, например. Или язык, — Чарли смотрит неожиданно серьезно. — Можете приставлять ко мне соглядатая, если вам так будет спокойнее. Но ничто не должно мешать мне беспрепятственно передвигаться, никаких наручников или кандалов, или что там вам может прийти в голову. Время доступа не ограничено. Могу пробыть сутки, могу — пару минут. Только я, никакой семьи или друзей. Вы позволяете мне это один раз и навсегда. Вот и все мое условие. Стоит ваш меч того?
    Чарли замирает, не сводя взгляда с лица сэра Сигарда. Вот теперь у него бежит холодок по спине. Чарли еще не знает, зачем точно оно ему надо, но думает, что однажды вполне может пригодиться. Да и игра стоит свеч! Когда еще ему доведется выкрасть меч самого Зено Сигарда? Да никогда. Такие оплошности со стороны правящей династии случаются раз в тысячелетие. А так далеко Чарли прыгать еще не умеет.
[icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][status]too young to care[/status][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

+1

9

Зено прищуривается, выслушивая Чарли до конца. Не говорит ни слова, не намекает ни на одну из мыслей, проносящихся у него в голове. Он действительно задумчив и действительно хочет вернуть обратно свой меч, однако слишком опасается попасть в ловушку. Ох уж эти Уркхарты – только выгода, выгода важнее всего для них. Но Зено приподнимает бровь, понимая, что наглость не только то, что Чарли украл его меч, но и то, что он просит взамен на информацию об оружии.
Нет, цена слишком велика. Зено будет требовать именно меч, настоящий, самый настоящий меч сэра Сигарда, с которым он расстается только во сне, да и то, держит его за ремень чехла, который носит за плечами. Люди умирают даже в своих постелях, так что не стоит его винить за чрезмерную осторожность. Главное, чтобы она не переросла в неврастению.
— Нет, — решительно произносит Сигард тоном, не терпящим возражений. — Я позволю тебе бывать в моем замке в любое время суток, в любой момент времени, в любой момент дня или ночи, сколько ты захочешь, и никто из моих людей не станет трогать тебя и пальцем. Я могу дать слово правителя, что ни один из моих людей не прикоснется к тебе и ни один волос не слетит с твоей головы, но в обмен на это, ты вернешь мне меч. Отдашь прямо в руки, сколько бы на это не потребовалось времени. Пойми и ты меня – информация, особенно в нашем с тобой случае, слишком невесомый аргумент. Быть может, ты спрятал меч в прошлом или будущем, а я знаю только одного человека, который сможет добраться до него сквозь тернии времени. По счастливому стечению обстоятельств, это ты – Чарльз.
Зено был абсолютно серьезен, не играл и не дразнил Чарли. Сделка, предлагаемая ему, была сносной только в том случае, если Сигард действительно получит назад свое оружие. Он уже имел дело с людьми происходящими или имеющими какое-то отношение к семье местной элиты преступности, и уверился лишь в одном до конца – эти люди не остановятся ни перед чем, лишь бы достигнуть желаемой цели.
Чарли был как раз из тех, кто не заключал сделки на пустом месте и, пожалуй, это было еще одним качеством, которое Зено в нем чрезвычайно ценил. Ведь бросаться словами может каждый, а заключить сделку с умом – нет, увы. Чарльз был не таким уж глупым, каким его называл Сигард и правитель Ромонда об этом знал. Отчего бы не знать, если он встречался с мальчишкой Уркхартом уже не единожды и врядли эта встреча станет для них обоих последней.
— Соглашайся, это честная сделка. — Сигард отвернул плащ, достал свернутый в свиток пергамент и развернул его. — Я напишу договор своей кровью, он будет нерушим не только мной, но и моими потомками. Согласен на такое?
Вероятно, «такое» было излишним бахвальством, но Зено уже почти отчаялся заполучить обратно свой меч. Он конечно же, прочешет каждый уголок этого мира и будет искать, пока не найдет, но Чарльз мог этот меч выкинуть в реку незакаленным еще в прошлом, как только его выковали, а значит, к настоящему времени от него вряд ли что-то останется.
Вот теперь Зено не стеснялся и сверкнул глазами, выдавая свой интерес и нетерпеливость. Деньги он отдаст Чарли, как вклад в будущее общее дело, раз уж принес их на встречу с плутом. Не тащить же их обратно во дворец Тьмы? Да и, в конце концов, иногда стоит вкладывать в прибыльный бизнес других людей, если имеешь в итоге с этого долю.

+1

10

    Чарли кажется, он слышит, как сталкиваются молекулы в воздухе. Как где-то далеко наверху, за пределами даже самых смелых его мечтаний, взрываются сверхновые. Напряжение так высоко, что любой звук кажется громом, а уж звуков-то в парке развлечений предостаточно. Где-то смеются дети, лопается воздушный шарик, шуршат колеса вагонеток, кричат в ужасе их ездоки. Чарли внимательно вглядывается в лицо сэра Сигарда, но не может прочитать, о чем тот думает. Не хватает проницательности, опыта. Терпения.
    Чарли вновь начинает раскачиваться с мыска на пятку, когда сэр Сигард заговаривает. Первое «нет» бьет Чарли наотмашь, но за ним следует много других слов, и он не торопится паниковать. Он сделал большую ставку. Очень. Большую и рисковую. Гневить правителя Ромонда более чем глупо, и тому есть много причин. Ни одна из них не прозвучала в сегодняшних угрозах, но Чарли не требуется слышать их, чтобы понимать. К счастью, ему везет.
    Чарли улыбается беспечной, мальчишеской улыбкой.
    Сэр Сигард перестал играть с ним в игры, пытаться запугать или боги там знают, что он пытался сделать и чего достичь. Наконец-то они заговорили по-серьезному, и семнадцатилетнему Чарли это льстит, а еще он понимает, что раз сэр Сигард не против, то надо довести сделку до конца, и будь что будет. Пусть ему потом достанется за меч, это уже не будет иметь значения. Он выиграет себе туза в рукав. Большого такого. Козырного. Такого нет больше ни у кого.
    — Резонно, — соглашается Чарли. — Вполне.
    Знал бы сэр Сигард, что его прекрасный меч залит бетоном в основании этого самого парка развлечений, можно не сомневаться, что тут и камня на камне не осталось бы. Этого Чарли не хочет. Ему нравится парк. Вата вкусная. На мгновение, впрочем, он сомневается в честности собеседника, смотрит на сэра Сигарда, чуть склонив голову к плечу. Контракт, написанный кровью на пергаменте — это старомодно, но действенно, что правда, то правда. Не даром же кровь так ценится колдунами.
    — Две, — говорит Чарли, кивая на пергамент. — Две копии. Одна ваша, другая моя, сэр Сигард. И я верну вам ваш меч, без единой царапины, точно таким же острым и прекрасно сбалансированным, как и взял.
    Это не пустое обещание, Чарли всегда бережно обращается с вещами. Поцарапанный артефакт теряет в цене, да и просто опасно это порой. С мощными вещичками нужно быть аккуратным и бережным — это Чарли знает не понаслышке. Если он вернется в нужное время, меч сэра Сигарда должен быть в целости и сохранности. Бережно и аккуратно прятать украденное Чарли научился почти сразу же после того, как стащил свой первый кошелек. Такова специфика дела.
    — У меня только один вопрос.
    А это уже другая специфика дела. Чарли перестает раскачиваться и смотрит внимательно в лицо сэру Сигарду, в самые его глаза, странные и пугающие. Если тот хочет получить свое оружие из рук в руки, ему придется уточнить, в каком времени. Одно дело — прыгнуть назад во времени и вернуть меч на место, другое — перепрятать меч, прыгнуть в настоящее, найти его и тогда уже вернуть. Дольше. Муторнее. Затратнее. К тому же, Чарли не может предугадать, сколько времени это займет. Он не может полностью контролировать свои прыжки, только очень-очень частично, если повезет.
    — Когда вы хотите его получить? — первое слово Чарли выделяет интонацией. — В настоящем или в прошлом? Если вы так желаете, я могу вернуть его вам из рук в руки. Если вы готовы потерпеть, — он не лукавит, но и не говорит всего, что мог бы рассказать. К чему сэру Сигарду знать о его проклятии больше, чем требуется? — Или же я могу вернуться в прошлое и положить меч туда, откуда взял, так, как будто никогда его и не брал. Выбор за вами.
[icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][status]too young to care[/status][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

+1

11

Можно ли доверять такому прохвосту, как Чарли? Он уже единожды обманул Зено и украл меч, что будет, если он не вернет оружие, как говорит? Зено старается не показывать ни единого волнения на этот счет, и благодаря годам тренировок, убивших в нем все человеческое, у него даже получается. Вместо ответа на вопросы юнца, правитель Ромонда ставит на шахматную доску новую фигуру – достает короткий серебряный, безукоризненно острый кинжал, делает надрез на ладони, сжимает ее, а другой рукой раскрывает пергамент, который предусмотрительно выудил из-под плаща секунду назад. Вне сомнений, это что-то непростое. Бумага – сама по себе защищает Сигарда от обмана, который может с ним сейчас произойти. Поэтому Зено не боится, прикладывая ладонь к странноватому пергаменту.
Кровь, медленно вытекающая из разреза на ладони, словно живая, заполняет каждую бумажную жилку, которая в свою очередь немедленно приобретает четкие очертания буквенных знаков. Договор, который Зено пообещал заключить с малолетним вором, составлен от буквы «А» до «Я» кровью. И никто не сможет нарушить его условий – при этом, Сигард постарался на славу, прописывая условия как можно справедливее. Ему вдруг пришла в голову мысль о том, что иметь Чарли в качестве друга и коллеги гораздо приятнее, чем иметь его в качестве врага.
— Вот, - говорит он, протягивая пергаментный свиток мальчишке. — Проверяй, читай, расписывайся. А я пока составлю второй экземпляр.
Одно из условий договора гласило, что меч, украденный Чарли – а технически, теперь никогда и не принадлежавший Зено, должен быть возвращен на место в тот же день, миг и час, в которые Уркхарт его похитил. По мнению правителя Ромонда, это было бы самым лучшим выходом из сложившейся ситуации. Если меч вернется на положенное место, это избавит Зено от лишней головной боли в виде вновь открывающихся обстоятельств. Он очень занят, и менять прошлое, настоящее и будущее в угоду себе, когда все итак шло – до вмешательства Чарли, разумеется – прекрасно, не сильно его воодушевляло.
— Как видишь, я бы хотел вернуть все на свои положенные места.
Копия договора на крови тем временем приобретала черты первого экземпляра.
— А знаешь, Чарли, — правитель хитро прищурился. Его желтый глаз недобро сверкнул, и всякие знали, что обычно это ни к чему хорошему не приводит. — Если бы я не был проклят, то наверняка бы и представить не мог, где ты спрятал меч. Однако… По счастливому стечению обстоятельств я вижу… шлейф твоего проклятия, он вьется за тобой по пятам. И знаешь куда он ведет? — Сигард взглядом указал на тротуарную плитку под своими ногами. Он знал, что Чарли поймет, о чем идет речь. — Я бы мог уничтожить тебя, но не стану. Вместо этого, в виду открывшихся для меня обстоятельств, я хочу предложить тебе сотрудничество.
Зено сворачивает в трубочку копию договора и протягивает ее Чарли для росписи в своей копии.
Заинтересовать ему мальчишку было нечем, потому что Чарли мог прийти и взять то, что ему было нужно, при этом обернув все так, будто это что-то, эта вещь, всегда – испокон веков принадлежала ему или его семье. А вот для Зено такое сотрудничество представлялось очень плодотворным и нужным.
В неспокойное время живем, кошмар: зато как приятно, когда есть человек, который будет готов за определенную цену (весьма небольшую) достать для тебя какую-нибудь вещицу.
— Мы с тобой можем разойтись миром. Советую тебе обдумать мое предложение.

+1

12

    То, что делает сэр Сигард, похоже на что-то странное. И опасное. У Чарли ёкает сердце, когда тот разрезает свою ладонь и прикладывает ее к странной бумаге. Почему-то, когда сэр Сигард только озвучил идею контракта кровью, Чарли подумал скорее о старомодной чернильнице, а не об артефакте, который, конечно же, есть у правителя Ромонда для подобных целей. Мог бы и догадаться, тупица.
    Чарли с видимым благоговением принимает в руки первый экземпляр. И осматривает в первую очередь не текст, но саму бумагу, утвердительно кивает — как будто разбирается в таких вещах. В артефактах, он, конечно, разбирается, но не в подобных этому. Это что-то очень интересное. Что-то, что он запомнит, потому что кто знает, когда в жизни пригодится артефакт, позволяющий заключить договор столь прочно и без обмана. Ту часть договора, где описываются последствия его нарушения, Чарли читает особенно внимательно. И хмыкает: красть что-либо у сэра Сигарда ему теперь дорога заказана.
    — Резонно, — улыбается он. — Я так и думал.
    Перехватив договор, Чарли рыщет по карманам в поисках чего-нибудь, чем можно пустить себе кровь, но ничего не находит. Поэтому приходится попросить у сэра Сигарда его кинжал. Чарли замирает на мгновение, прежде чем полоснуть ладонь — обычно он такими штучками не занимается, но пасовать перед лицом правителя Ромонда не хочется. Да и проклятье на это не среагирует, так что все будет в порядке.
    Держа ладонь у своего экземпляра, Чарли, непривыкший к боли, едва заметно морщится от ощущений. Да еще и сэр Сигард недобро сверкает этим своим глазом. Когда сэр Сигард неожиданно указывает на плитку, Чарли не сразу понимает, о чем он, и только мгновением спустя — заслышав про «уничтожить» — замирает в испуганной неподвижности. Так замирает дичь, прежде чем кинуться прочь, почуяв опасность. Чарли уверен, сэр Сигард не сможет его уничтожить, проклятье не даст. Но вот то, что он увидел, это проблема.
    А потом Чарли вновь улыбается и трясет головой, обмениваясь с сэром Сигардом договорами. Тому достается уже подписанный, а к новому — своему — экземпляру Чарли прикладывает ладонь. Про глаз правителя Ромонда по городу ходит много слухов. Но в одном Чарли уверен: он не видит прошлое. Поэтому это всего лишь догадка. Точная. Но всего лишь догадка.
    — Не думаете же вы, что вы единственный, чьи вещи я прячу в тайниках по всему городу? — он не врет. Сэр Сигард и впрямь не единственный. А потому Чарли смотрит прямо ему в глаза. — Но вы можете быть уверены, что это последний раз, когда я использую этот тайник. Раз уж вы так легко его раскусили. Даже жаль.
    Он отнимает ладонь и смотрит на две росписи: свою и сэра Сигарда. У сэра Сигарда внушительнее. Свернув договор, Чарли закладывает руки с ним за спину и качается с носка на пятку, раз, другой, а потом решается:
    — Смерть в мои планы на сегодня не входит, я только школу закончил, — ему всего семнадцать, умереть он не может, но показывать это сэру Сигарду не хочется. Предложение звучит заманчиво. Сэр Сигард влиятелен, иметь такого человека во врагах — себе дороже. В работодателях — достаточно перспективно. — Да и не то чтобы я могу отказаться, правда? Я так и думал, — Чарли пожимает плечами и вновь улыбается: — Вы знаете, где меня найти. А я пока подумаю, как сказать об этом папе и бабушке.
    Чарли продается легко и без задней мысли, верит инстинкту и своим быстрым прикидкам. Если сэр Сигард станет ему врагом, это сильно усложнит жизнь как ему самому, так и всем Уркхартам. Вести бизнес в Ромонде станет невозможно — причем что легальный, что нелегальный. А местный черный рынок приносит много денег, уж это Чарли знает.
[status]too young to care[/status][icon]https://s7.postimg.org/bspzc0i2j/young_ava.jpg[/icon][fld1]<br><a href="http://sides.f-rpg.ru/viewtopic.php?id=32#p74"><b>Чарльз Уркхарт</b></a>,<br> путешественник во времени, наследник клана Уркхартов.<br><img src="http://forumfiles.ru/files/0018/51/4f/73454.png">[/fld1]

0


Вы здесь » SIDES » Флэшбеки » [17/07/2029] Аттракцион невиданной щедрости


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC